ЕГЭ подвергли международному аудиту

13 декабря в Москве начала свою работу международная конференция «Оценка образовательных достижений в рамках национальных экзаменов», в которой, помимо российских разработчиков, приняли участие международные эксперты из Украины, Азербайджана, Литвы, Латвии, Казахстана, Киргизии, Польши, Нидерландов, США, Великобритании, Бельгии. Как сказал, открывая встречу, Андрей Ершов, директор Федерального института педагогических измерений, цель конференции – обмен опытом между странами, которые проводят свой национальный экзамен, и одновременно «своеобразный международный аудит российского ЕГЭ».

После этого слово было предоставлено Виктору Болотову. Руководитель Федеральной службы по надзору в сфере образования напомнил присутствующим, что Единый госэкзамен вызвал в нашей стране большую общественную дискуссию, «шквал конструктивной и неконструктивной критики». Ведь ЕГЭ стал «действием, уменьшающим субъективизм педагогов в оценке качества знаний учащихся». Решение о ЕГЭ было принято в 2001 году, но эта форма экзамена «появилась не на пустом месте» - на платформе многолетней практики тестирования учащихся.

В этом году в ЕГЭ добровольно участвовали 64 региона из 88, на следующий год собираются присоединиться к эксперименту уже 78 субъектов РФ. Если в 2004 году по результатам национального экзамена более 500 российских вузов принимали абитуриентов, то в 2005 году таких вузов станет еще больше. Главную цель эксперимента Виктор Болотов определил как «расширение доступности и повышение качества образования, особенно для тех ребят, которые живут в отдаленных регионах страны». Цель вполне реальная, в 2004 году в крупных городах России значительно увеличилось число иногородних студентов. В Санкт - Петербурге, например, оно достигает более чем 40% от общего количества всех вузовских студентов. Такое не наблюдалось уже более десятка лет.

Правда, заметил Виктор Болотов, весной этого года «в Ярославле, на заседании Российского союза ректоров была предпринята попытка прекратить эксперимент. Новому министру образования и науки РФ Андрею Фурсенко доказывали, что ЕГЭ приведет к разрушению российской системы образования. В этой ситуации, рассказывал Виктор Болотов, министру пришлось самому прорабатывать тесты по физике и математике, изучать результаты тестирования в разных регионах страны. Однако 9 декабря на заседании Правительства РФ было принято решение о поэтапном переходе страны на ЕГЭ».

«Это не значит, что у нас всё хорошо, - говорил выступающий. – На прошлой неделе прошла конференция в Санкт - Петербурге, на ней присутствовали представители 55 регионов. Обсуждались три главные проблемы: содержание образования и ЕГЭ, качество образования и ЕГЭ, и использование инфраструктуры, задействованной на ЕГЭ, в период между экзаменами».

По словам Виктора Болотова, на конференции был отмечен как безусловный «плюс» блок «С» в составе КИМов гуманитарных экзаменов. Ведь в его рамках ребятам приходилось в свободной форме в небольшом эссе отстаивать собственные взгляды на ту или иную проблему истории, обществоведения, литературы. «И тут учащиеся могли показать, как они научились работать с первоисточниками». Прошлые годы не прошли для российской школы даром, невысокие результаты на ЕГЭ по истории в 2002 и 2003 годах были учтены учителями, и в этим летом, около 10% выпускников сдали этот экзамен на «отлично».

«Минусом» ЕГЭ Виктор Болотов назвал то, что форма тестирование по ряду предметов исключила на экзамене опытно - лабораторный практикум, а ведь он был традиционным средством проверки знаний школьников. Хотя на вступительных экзаменах эти навыки не проверялись. «Но для школы это – важная потеря, и теперь мы должны понять, как нам её компенсировать». Использовать электронный практикум? Вводить в национальный экзамен накопительный «портфель» практикума, собранный учениками в течение всех лет обучения в школе? «Я уверен, - сказал Виктор Болотов, - что эта тема будет обсуждаться на открывшейся сегодня конференции».

Вторая проблема, которую предстоит поднять и которая также обсуждалась на конференции в Санкт- Петербурге, была обозначена выступающим как «управление качеством образования». В некоторых регионах она понимается как «лобовое решение» по «дисквалификации тех педагогов, ученики которых не блеснули на ЕГЭ». «Говорят, что «школы плохие», и этот вопрос всплывает на аттестации этих образовательных учреждений и аттестации учителей», хотя «министерство и наша служба много раз заявляла, что подобное решение проблемы допускать нельзя, надо учитывать социокультурный контекст, в котором работают школы. А может быть, ребята, которые получили на математике низкие баллы, и не могут учиться лучше?» По мнению Виктора Болотова, стремясь поднять качество образования, следует в первую очередь подумать о повышении квалификации педагогов, о программе поддержки таких школ, а не «выстраивать рейтинг школ по результатам ЕГЭ».

Обсуждалось на конференции в Санкт- Петербурге и то, как лучше использовать между экзаменами инфраструктуру, на базе которой проводится ЕГЭ. В некоторых регионах сегодня делается попытка использовать новые возможности для собирания образовательной статистики, укрепления информационного образовательного пространства, для оценки качества местного образования, в «системе которого ЕГЭ – только один из элементов».

Сегодня все уже понимают необходимость реальной оценки качества школьного образования, говорил выступающий: «Для нас это важно в контексте участия России в международных исследованиях, например, PISA, где мы пока что на печально низких местах». Следует проанализировать эти результаты с точки зрения дальнейшего развития российской системы образования, заявил Виктор Болотов. Если низкие результаты Германии, полученные на этом международном исследовании, стали национальной трагедией немцев, то в нашей стране итоги PISA-2000 не стали событием, и в 2004 году наши школьники опустились ещё ниже по шкале  оценивания. Меж тем PISA и ЕГЭ взаимно дополняют друг друга, подчеркнул Виктор Болтов. «Нам надо научиться правильно интерпретировать итоги замеров качества отечественного образования, делать верный вывод, работающий на развитие системы, а не подменять их рейтингами школ». «Нужна более серьезная проработка вопросов, учитывающая, конечно, и национальную традицию образования».

Какие проблемы предстоит «решить внутри ЕГЭ»? Часть из них, по словам докладчика, требуют «политического решения». Обязательно ли всем выпускникам сдавать на ЕГЭ математику и русский язык? Около 20% детей показали на экзамене по математике 2004 года двоечные результаты. «О чем это говорит? О плохих стандартах? Плохих учебниках? Или у нас дети глупые? А может быть, 20% двоек – это нормально? Стали выяснять, кто эти ребята. Оказалось, что в своей массе – будущие художники, музыканты, спортсмены. Они уже выбрали профессию; ясно, что тонкости математики им не пригодятся. Так нужно ли им сдавать ЕГЭ по этому предмету? Очевидно, что ни министерство, ни наша служба не могут принять решение о судьбе экзамена самостоятельно».

Второй вопрос, требующий, на взгляд Виктора Болотова, политического решения, - нужен ли, помимо ЕГЭ и результатов олимпиад, дополнительный экзамен в вузы? «Ведь если вузы получат это право в своей массе, высшее образование может потерять такой приоритет как доступность. К дополнительному экзамену придется готовиться специально, проходить учебу на подготовительных курсах, нанимать репетиторов, - рассуждал Виктор Болотов. – И опять от элитных вузов будут далеко отодвинуты ребята из Сибири и Дальнего Востока. В этом году нужно дать четкий ответ и на этот вопрос. Хотя для МГУ и ряда элитных вузов дополнительное испытание оставить можно».

Далее выступающий сказал, что результаты ЕГЭ довольно точно прогнозируют успешность студентов в течение первого полугодия обучения в вузах. «Но мы должны научиться проверять с помощью ЕГЭ не только знания детей, но и их способности. Возможно ли это, спрашивал выступающий. «Пока мы такие тесты ввести в Единый госэкзамен не можем. Однако надеюсь, что конференция найдет достойные ответы и на этот вопрос».

Виктор Болотов подчеркнул, что практика переводов полученных за тесты баллов в стобалльную вузовскую шкалу должна стать прозрачной и понятной - и родителям, и выпускникам. Остро стоит проблема и информационной безопасности проведения ЕГЭ.

Завершая выступление, руководитель Федеральной службы по надзору за образованием выразил пожелание, чтобы подобные международные конференции стали в нашей стране постоянными: «Для нас это действительно важный аудит деятельности. Хотелось бы услышать мнение коллег из других стран: в чем мы ошибаемся, в чем правы?»

После того участники конференции спросили Виктора Болотова, какие важнейшие решения были приняты на заседании Правительства РФ 9 декабря, когда обсуждались приоритетные направления политики российского образования. Виктор Болотов ответил, что премьер-министр Михаил Фрадков отметил важность профильного обучения, поставил вопрос о необходимости разгрузки учащихся и самого содержания школьных предметов. На заседании было заявлено, что система образования, в том числе профессионального, должна стать открытой для участия в ней работодателей и общественности».

Участники конференции поинтересовались, какие новые технологии появятся на ЕГЭ в будущем. Виктор Болотов объяснил, что сейчас обкатываются методы сдачи экзаменов на компьютере, что в принципе может привести к автоматизации процесса экзамена, обработки его итогов. Но эта альтернативная технология пока только апробируется.

Спросили руководителя федеральной службы и о том, что бы он сам хотел изменить в ЕГЭ, и так ли уж необходимо проверять часть «С» в столице. Виктор Болотов ответил, что необходимость отсылки блока «С» КИМов в Москву несколько осложняет процедуру, но это - условие, которое поставили вузы. «Что меня не устраивает? Хотелось бы включить в экзамен непременное участие абсолютно честного общественного надзора». 

На вопрос, можно ли называть ЕГЭ «национальным экзаменом», Виктор Болтов сказал, что  эксперимент на это и направлен. «На прошлой неделе у меня была встреча с ректором МИФИ, а перед этим - с ректором «бауманки». Они считают, что в элитные вузы страны можно принимать по результатам ЕГЭ, олимпиад и творческих работ, тогда и дополнительного испытания не понадобится. Знания школьной программы они перепроверять не будут, но если на 100 бюджетных мест станут претендовать 200 детей с одинаково высокими баллами, среди них дополнительное испытание возможно».

Вслед за Виктором Болотовым выступила Лилия Гриневич (Центр тестовых технологий Республики Украина), которая рассказала о том, что на Украине ЕГЭ начнет проводиться при поддержке государства только в следующем году, а станет национальной системой оценивания знаний в 2009. Пока что сдача тестов было уделом добровольцев, и эта инициатива родилась «снизу», носит общественный характер.

В 2004 году в украинском ЕГЭ приняли участие 10 тысяч из 600 тысяч выпускников, 32 университета из 300. Как показал опрос добровольцев, 90% из них не доверяют традиционным школьным экзаменам. Самая сложная задача, призналась выступающая, придумать хорошие тесты, которые бы определили творческий потенциал детей и не лишили радости творчества педагогов. Пока что в ЕГЭ принимают участие главным образом отличники. 50% из них подтвердили тестированием высокие школьные оценки, 36% их ухудшили. «Эти показатели говорят о низком качестве школьного образования, - утверждает г-жа Гриневич. – Учителя должны смириться с необходимостью внешней оценки их деятельности».

Тариэль Ага-али Бадалов, представлявший на конференции Государственную комиссию по приему студентов Азербайджана (аналог ЕГЭ), рассказал в своем выступлении, что национальному экзамену республике уже 12 лет. Ежегодно в нем принимают участие около 90 тысяч выпускников. Прием экзамена полностью автоматизирован. Управление банком 150 тысяч тестов, распределение экзаменующихся и общественных наблюдателей по школам, обработка результатов и оповещение о них населения - всё эти процессы происходят посредством компьютеров.

Все вузовские специальности разбиты на пять групп, каждая группа сдает предметные тесты одновременно. После этого результаты ЕГЭ появляются на сайте «Моя школа» и в журнале «Абитуриент», они общедоступны. После первой экзаменационной сессии начинается проверка соответствия количества набранных на ЕГЭ баллов оценкам, полученным на вузовской зимней сессии. Обычно они подтверждаются.

Интересный доклад прочитала Елена Ленская, представительница Британского совета. В Великобритании школа нацелена на то, чтобы обучение по её окончании продолжило как можно большее число детей. Поэтому задача учителя – выравнивание уровня усвоения знаний учениками. Для этого разработаны примерно 25 различных показателей. Учитель отвечает «за прогресс каждого ребёнка». Тестирование учащихся проходит постоянно. Администрация образовательного заведения следит за тем, чтобы учитель не столько готовил детей к сдаче тестов, сколько развивал их.

ЕГЭ в английских школах можно разбить на две сессии - сдавать и зимой и весной. Это также разгружает детей. В проверке результатов ЕГЭ принимают участие школьные учителя. Итоговые работы выполняются ребятами на бумажных носителях, а проверяются не машинами, а вручную. Учитываются при аттестации выпускников и их творческие портфолио. Если итоги выполнения ЕГЭ одинаковы, то при поступлении на бюджетное место в вуз дается предпочтение ребенку из рабочей среды – «политика госуниверситетов носит социальный характер».

Марк Зелман, представитель Американских Советов по международному образованию, рассказал о том, что при аттестации выпускников школ в США используется много разноплановых тестов. Одни из них проверяют усвоение детьми школьных знаний, другие изучают их креативные способности. Элитные университеты нацелены не столько на школьных отличников, сколько на творчески одаренных выпускников, хотя, очевидно, говорил Марк, что и гений может проявить себя только на базе каких-то конкретных знаний. Кроме того, упор на развитие способностей подчас лишает учеников стимула хорошо учиться в школе.

Часть тестов, которые проводятся в США, выборочные. Как правило, они задаются целью повлиять на государственную образовательную политику, изменить её. В принципе, система тестирования не идеальна, и весьма зависит от самой цели её проведения, говорил г-н Зелман. Ведь как ты задашь вопрос, такой ответ и получишь. Подчас именно это определяет итог. А иные тесты специально не меняются в США десятилетиями - только потому, что по ним необходимо определить, возрастает ли уровень знаний в среде разных поколений опрашиваемых.

14 и 15 декабря конференция продолжит работу. Предстоят дискуссии в секциях «Компетентностный подход к оценке образовательных достижений», «Обеспечение информационной безопасности проведения национальных экзаменов», «Использование тестовых технологий в оценке качества образования», «Развитие информационных систем сопровождения национальных экзаменов».

Ирина Репьева  

Обсудить на форуме